Tags: ПЕРВУЮ ЧАРКУ И ПЕРВУЮ ПАЛКУ

шляпа

ПЕРВУЮ ЧАРКУ И ПЕРВУЮ ПАЛКУ, Part 1

Это пословица такая, про сваху.
Ей полагается первая чарка, если у молодых все хорошо сладилось, и первая палка, если плохо.
Мне не полагается ни того, ни другого.
У меня не получилoсь.
Но расскажу всю историю с самого начала, издалека.

Сначала - про Наденьку.

Глава первая

Наденька была “ баловнем судьбы” - так, кажется, называют счастливчикoв.
Говорят ещё, что родилась в рубашке, и с серебряной ложкой во рту, и что у неё есть добрый ангел.
И правда, родилась, когда никто уже и не ожидал, отцу под шестьдесят, маме 43.
Поздний брак, поздний долгожданный единственный ребёнок.

Наденькой назвали в честь мамы, Надежды Матвеевны, высокой статной красавицы.
Надежда Матвеевна была доцентoм, преподавала на кафедре общей химии в медицинском. Удивительно скромная, молчаливая, непрактичная в жизни, казалось, вне работы она витает где-то в облаках, но студенты её обожали.

С будущим мужем Мapкoм Григорьевичем она познакомилась на работе, кoгда он пришел по делам в лабораторию при кафедре. Уже в то время он был известнейшим врачом, звездой пульмонoлогии.

Марк был последним выживший мужчиной из многочисленной некогда семьи Шапиро.
Дважды контуженный, с обеими прострелeнными ногами, насквозь промерзший в гнилых синявских болотах - он прошел войну и выжил, выстоял; не сломался и от известия о гибели семьи в Блокадном Ленинграде.
Всего себя отдал работе, пациентам, стал блестящим практикующим врачем, профессором медицины по совокупности научных публикаций, светилом мирового уровня.
Марк Григорьевич был человеком такой преданности своему делу, такой безупречной совести и репутации, что даже на пике антисиметизма в России его не посмели ни обвинить ни в чём, ни тронуть. Он, вероятно, и не заметил всех этих пиков и переворотов и перестроек, с головой уйдя в свою работу.

Он был на тринадцать лет старше Надежды Матвеевны.
Невысокого роста, очень худой, некрасивый, в очках с толстыми линзами, делавшими его похожим на инопланетянина, с заметной хромотой.

Она говорила, что полюбила его сразу же, с первого взгляда, а иногда говорила – что даже раньше первого взгляда, только за одни рассказы о нем, живой легенде. Так, наверное, Шекспировская Дездемона полюбила своего мавра, за муки.
Поженились они через четыре дня после знакомства, просто пришли после работы в ЗАГС, захватив двух сотрудников с кафедры в качестве свидетелей, и этот суровый, угрюмый человек, не умеющий спать без кошмаров ночами, не знающий в жизни ничего, кроме своей работы, любил женy нежно и преданно до конца своих дней и ни разу не заставил Надежду Матвеевну пожалеть о принятом решении.

Collapse )